Обвинения по изнасилованию узбекскими милиционерами Райхон Соатовой не нашли своего подтверждения

12.uz - В конце сентября прошлого года на открытом судебном заседании Мирзо-Улугбекского районного суда по уголовным делам был объявлен приговор преступницам – Наргизе назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7,6 лет, Райхон – 7,2 года, а Хосият из гуманных соображений дали два года условно, сообщает газета «Новости Узбекистана».
По данным издания, но во время рассмотрения апелляции в Ташкентском городском суде по уголовным делам произойдет событие, которое внесет интригу в это, в общем-то, обычное преступление, совершенное тремя сестрами, привлечет к нему нездоровое внимание недобросовестных писак из Интернета и правозащитников, истосковавшихся по «жареному». На судебном заседании, состоявшемся в конце октября 2009 года, родственники вдруг увидели, что Райхон «в положении». Когда после окончания заседания ее ошеломленная мать спросит у нее: «Ты беременна?», та, ничего не ответив, выйдет из зала суда. Молчание, как известно, знак согласия.
Для любых родителей и родственников в любой семье такое событие в данной ситуации – настоящая трагедия. Что же говорить о традиционной узбекской сельской семье? К тому же в этом случае житейская трагедия накладывалась на уголовное и судебное преследование. И в обычной ситуации это вызвало бы бурные эмоции, конфликты, вопросы «Кто отец будущего ребенка?», на которые не всегда дается правдивый ответ. А в тот момент, учитывая сроки беременности, могли возникнуть любые предположения и подозрения. Вот так родственниками, наверное, по совету «мудрых» людей и была выдвинута версия, связанная с изнасилованием Райхон милиционерами.
Но здесь необходимо отметить одну очень важную деталь. Преступницы во время следствия, пытаясь уйти от справедливого наказания, всячески изворачивались, лгали, неоднократно меняя свои показания. Мать обвиняемых совместно с адвокатом написала около 50 жалоб клеветнического содержания в различные инстанции, надеясь таким неправедным способом облегчить судьбу своих дочерей. Но вплоть до памятного заседания в Ташкентском городском суде версия об изнасиловании нигде и ни разу (!) не всплывала. В чем только не обвиняли преступницы и их родственники сотрудников районного УВД и ГУВД – и в грубости, и в рукоприкладстве, и в вымогательстве — эти жалобы тщательно проверялись, не находя подтверждения. Но вот обвинений в изнасиловании до поры до времени не было – весьма красноречивое свидетельство!
Почему, например, эти женщины не рассказали о таком вопиющем факте своему адвокату во время следствия? Не поведали об этом в ходе судебно-медицинской экспертизы, где они жаловались на то, что сотрудники РОВД нанесли им телесные повреждения? И уж совсем непонятно их молчание по данному поводу во время судебных заседаний, когда рядом находились их родные и близкие, представители прокуратуры и защиты. Ссылки на то, что они были запуганы следователями, не выдерживают никакой критики. Сотворенное ими в квартире Барно и записанное на видео убедительно свидетельствует, что беззащитными овечками они не являлись, и сами запугают кого угодно. И не только запугают...
Когда беременность Райхон стала для ее матери и брата очевидной, те стали обращаться в различные государственные органы. А сама Райхон уже после объявления приговора делает неожиданное заявление, что была изнасилована сотрудником РОВД по имени Равшан.
Думается, расчет преступницы и ее родственников был прост – привлечь внимание общественности к этому вопиющему (хотя совершенно недостоверному) факту в надежде, что правоохранительные органы, испугавшись огласки, пойдут на попятный.
Не случайно брат Райхон обратился за помощью к правозащитникам из общества «Эзгулик», а те, поверив ему на слово, с помощью интернет-изданий растрезвонили на весь мир эту «шокирующую историю». Понятно, что благодаря данным публикациям на первый план выходил факт изнасилования, а омерзительное преступление, совершенное сестрами, уходило в тень. И с содроганием читая, как «11 миллиционеров по очереди насиловали бедную Райхон», сложно не проникнуться к ней сочувствием, забывая о содеянном ею.
К чести Фемиды на испуг ее взять не удалось. Прокуратура по данному факту возбуждает уголовное дело и проводит тщательное расследование, по которому привлекаются все без исключения работники правоохранительных органов, общавшиеся с сестрами. Их фотографии передаются Райхон для опознания, но та ни в одном... не узнает насильника. К слову, и в районном УВД, и в ГУВД на тот момент не было сотрудников по имени Равшан. В ходе проверки в зданиях, где проходили следственные действия, преступница не смогла указать место, где ее якобы обесчестили.
Но во время нового следствия всплывают подробности и обстоятельства, которые не только напрочь опровергают надуманную версию об изнасиловании Райхон, но и раскрывают малопривлекательный моральный облик этой 27-летней женщины. Так, выяснилось, что в следственном изоляторе во время медицинского осмотра Райхон призналась фельдшерам, что «беременна от любимого парня», называла даже дату, на которую была назначена свадьба. То же самое она рассказывала и своим сокамерницам.
Что ж, забеременеть от любимого человека до свадьбы, наверное, не самый большой грех, хотя в своих жалобах мать Райхон уверяла, что ее дочь девственна и непорочна. Так кто же отец девочки, которую Райхон, находясь в заключении, родила в середине декабря минувшего года?
В его поисках следователи выходят на некоего Аловиддина – 18-летнего неграмотного сельского юношу, который в автосервисе меняет масло. Их знакомство было недолгим – каких-то три-четыре недели, но весьма «романтичным». В начале апреля прошлого года (за месяц до ареста преступницы) Аловиддин по ошибке набрал не тот номер телефона и его собеседницей оказалась... Райхон. Она почему-то назвалась Шахнозой и не возражала встретиться с совершенно незнакомым человеком. Аловиддин и Шахноза успели увидеться всего два раза на съемной квартире, расположенной в районе Северного вокзала столицы, и оба раза между ними была близость. На очной ставке Райхон подтвердит показания этого юноши и признается в том, что вступала с ним в интимные отношения. Но так хочется не для протокола спросить ее: а как же любимый человек, с которым даже предполагалась свадьба?
Для установления отца новорожденной была назначена биологическая экспертиза ДНК, которую прошли все без исключения сотрудники столичного ГУВД и районного УВД, общавшиеся с Райхон, а также Аловиддин. Ее заключение было отрицательным, то есть все эти лица не являются биологическими отцами новорожденной Гульнозы. И в связи с неподтверждением факта изнасилования уголовное дело в отношении сотрудников правоохранительных органов в конце февраля нынешнего года было прекращено «ввиду отсутствия в их действиях состава преступления».
«На этом можно было бы поставить здесь точку. Наргиза и Райхон отбывают наказание в колонии, и у них будет достаточно времени, чтобы оценить совершенное ими преступление, сделать выводы. Надеюсь также, что когда пройдет время, и все успокоится, а необходимость во лжи отпадет, Райхон признается родным о том таинственном любимом, кто является отцом ее дочери», - заключает издание.